Мир без конца - Страница 362


К оглавлению

362

— Да не будет он меня вызывать. Я пойду с тобой.

— Категорически запрещаю. — Крестьянка проглотила хлеб и второй кусок положила в кошель. — Спасибо за заботу, но не нужно. — Поцеловала сына в щеку. — Береги себя. Не рискуй понапрасну. Если хочешь что-нибудь для меня сделать, живи.

И двинулась к выходу. Обернулась. Сэм задумчиво смотрел на мать. Она выдавила беззаботную, как ей хотелось думать, улыбку и ушла.


По пути Гвенда с беспокойством думала: а что, если кто-нибудь узнает о ее связи с Ральфом? Такие вещи обычно выходят наружу. Уже встречалась с графом один раз, сейчас шла на второе свидание и боялась, что не последнее. Сколько времени потребуется, чтобы кто-нибудь увидел, как она на одном и том же месте сворачивает с дороги в лес, и задумался зачем? А что, если кто-нибудь появится в охотничьем домике в самый неподходящий момент? Сколько человек сопоставят, что Ширинг уезжает с Аланом Фернхиллом как раз тогда, когда Гвенда идет из Эрлкасла в Вигли?

Около полудня она остановилась в таверне купить эля и сыра. В целях безопасности путники обычно уходили с постоялых дворов группами, но крестьянка подождала, пока все разойдутся, чтобы остаться на дороге одной. Дойдя до места, где нужно было сворачивать в лес, она посмотрела вперед, назад, не видит ли ее кто. Показалось, будто в четверти мили позади в зарослях что-то шевелится, Гвенда всмотрелась в дымчатую даль, но никого не разглядела. У страха глаза велики.

Шагая по летнему подлеску, вновь задумалась о том, как бы убить Ральфа. Если по какому-то счастливому стечению обстоятельств Алана не будет, может, получится? Но Фернхилл единственный знал, что она должна встретиться там с Ральфом. Если графа убьют, рыцарь все поймет. Тогда ей нужно убить и его. А это уже не представлялось возможным.

У домика паслись две лошади. Ширинг и его подручный за небольшим столом заканчивали обед: полхлеба, кость от окорока, круг сыра и фляга с вином. Гвенда закрыла за собой дверь.

— Вот и она, как обещала. — Алан был доволен. Понятно, ему поручили доставить женщину, и он вздохнул, когда та пришла. — Как раз на десерт. Изюм — сморщенный, но сладкий.

Гвенда спросила Ральфа:

— Ты не хочешь его прогнать?

Фернхилл встал:

— Опять дерзишь. Ты так никогда ничему и не научишься?

Но все-таки вышел из комнаты на кухню, хлопнув за собой дверью. Граф улыбнулся:

— Иди сюда. — Она послушно подошла. — Если хочешь, я велю Алану быть поласковее.

— Нет уж, пожалуйста! — воскликнула Гвенда. — Если он вдруг станет учтивым, никто не поймет, в чем дело.

— Ну, как хочешь. — Фитцджеральд взял ее за руку и притянул к себе: — Садись.

— А нельзя, чтобы сразу — и все?

Он рассмеялся.

— Вот это я в тебе и люблю. Ты честная.

Ширинг встал, взял ее за плечи, посмотрел в глаза, затем вдруг наклонился и поцеловал — в первый раз. Спали дважды и ни разу не целовались. Стало противно.

Она почувствовала его губы, и ее словно грубо изнасиловали. Ральф открыл рот, обдав ее запахом сыра, и Гвенда с отвращением отпрянула:

— Нет.

— Не забывай, чем ты рискуешь.

— Пожалуйста, не делай этого.

Лорд рассердился:

— Ну хватит, раздевайся.

— Пожалуйста, отпусти меня. — Граф хотел что-то сказать, но она повысила голос, не дав ему ответить. Стены тонкие, Фернхилл на кухне, конечно же, слышал ее мольбы, но ей было все равно. — Не заставляй меня, прошу тебя!

— Да плевать мне на твои просьбы! — крикнул Фитцджеральд. — Марш в постель!

— Пожалуйста, не надо!

Входная дверь распахнулась. Граф и его жертва одновременно повернулись и застыли. В двери появился Сэм. Он тоже замер.

— О Господи, нет! — простонала Гвенда.

Несчастная поняла, что произошло. Беспокоясь за мать, Сэм не послушался и украдкой пошел за ней. Видел, как она свернула с дороги и направилась в лес. Именно он и шевелил ветки, чему Гвенда не придала, однако, значения. Потом следил за ней до домика и, должно быть, стоял на улице, слушая крики. И дураку стало бы ясно, что Ральф собирался изнасиловать мать, хотя, быстро вспомнив разговор, Гвенда поняла, что тайну никто не упоминал. Она не раскрыта — пока.

Сэм вытащил меч и бросился на Ширинга. Тот вскочил, успев выхватить свой и отразить удар. Сын пытался убить отца. Сэм в страшной опасности. Он сражался с закаленным в боях рыцарем. Ральф крикнул:

— Алан!

И тут Гвенда сообразила, что сорвиголова схватился не с одним, а с двумя опытными воинами. Мигом перенеслась через комнату и, прижавшись к стене у двери на кухню, вытащила нож. Дверь распахнулась, и в комнату вошел Алан. Не видя Гвенды, подручный графа смотрел на мужчин, пытаясь понять, что происходит. Опять взметнулся меч Сэма, целивший Ральфу в шею, и вновь Ширинг отбил удар.

Фернхилл наконец сообразил, что господин в опасности. Потянувшись к мечу, рыцарь сделал шаг вперед, и в этот момент Гвенда со всей крестьянской силы ударила его длинным ножом в спину, снизу вверх пронзая мышцы, почки, желудок, легкие и надеясь добраться до сердца. Десятидюймовое остро наточенное лезвие легко вошло в тело, но Алан умер не сразу.

Раненый зарычал от боли, затем резко затих, шатаясь, развернулся и притянул к себе Гвенду, прихватив ее сгибом локтя. Она ударила еще раз, на сей раз в живот, так же вверх, целясь в жизненно важные органы. Изо рта Алана потекла кровь. Он обмяк и опустил руки. Секунду рыцарь словно не мог поверить, что его жизнь окончила презренная маленькая женщина, затем закрыл глаза и рухнул на пол.

Гвенда посмотрела на Сэма и Ральфа. Первый наносил, второй отражал удары. Ширинг отчаянно защищался, но не атаковал. Он боялся убить сына. Сэма, который не знал, что сражается с отцом, ничто не удерживало, и он давил на противника. Гвенда понимала, что долго это продолжаться не может. Рано или поздно соперники непременно поранят друг друга, и тогда начнется борьба не на жизнь, а на смерть. Выставив нож, она искала возможности ударить Ральфа.

362